— Они ограбили тебя? — спросил принц. — Нужно сообщить в полицию.

— На его лице появилось озабоченное выражение. Полиция означала огласку, а огласка неприятных сведений была для принца проклятием.

— Нет... — Фаррингфорд прикрыл глаза. — Они велели... держаться подальше от... от Алеши.

— Они что? — Принц дернулся, словно ударили его самого.

— Правда... знали, что тебе это не понравится...

— Что еще они говорили?

— Ничего. Чертова ирония судьбы... — чуть слышно пробормотал Фаррингфорд. — Ведь это ты хотел... найти Алешу... А по мне... гори оно все... синим пламенем.

— Отдохни, — велела взволнованная принцесса, вытирая липкую красную каплю с ободранного лба.

— Не разговаривай пока, Джонни, будь паинькой. — Она подняла глаза на нас, стоявших в изножье дивана. — Вы собираетесь что-нибудь делать с автомобилями?

Принц мрачно смотрел на два обгоревших остова и пять пустых огнетушителей, лежавших вокруг, как красные торпеды. Резкий запах в ноябрьском воздухе — вот и все, что напоминало о пламени, вздымавшемся выше крыши, и густом черном дыме. Пожарные в лице все тех же слуги и садовника стояли поодаль и с довольным видом разглядывали плоды своих трудов, ожидая дальнейших распоряжений.

— Вы считаете, что он был в обмороке? — спросил принц.

— Похоже на то, сэр. Он сказал, что вспотел. Не слишком приятно, когда тебя так отколошматят.

— А ведь он никогда не переносил вида крови.

Принц проследил взглядом траекторию, по которой проследовал бы «Ровер» с потерявшим сознание водителем, не окажись на его пути моя машина.

— Он должен был врезаться в один из этих буков, — заметил он, — а его нога была на акселераторе.